Третья (из четырех) историй про Яну от автора KJP (со старого сайта Speculumpages). Сайт давно исчез, но содержимое еще доступно с сети. Там были рассказы на немецком и английском языках.

 

Повторное воспитание Яны.
(Jana’s Second Discipline Session)

 

 

Прошло уже пару недель после того, как мне пришлось провести для Яны сеанс воспитания, и она опять стала вести себя немного странно. В частности, приходя с работы, я периодически замечаю её либо с мокрыми волосами, либо как будто только что из душа. И это повторилось несколько раз, так что у меня не было правдоподобного объяснения – почему же Яна так поздно днем принимает душ, хотя, вообще-то, обычно она делает это сразу после утренней пробежки. И ещё, Яна так мутно рассказывает как прошел её день, что я опять начал подозревать её во лжи, но у меня нет никаких твердых доказательств. Однако, раз в неделю я устраивал жене сеанс контроля, ставший обязательным и надеялся когда-нибудь все-таки докопаться до истины.

В конце концов, я получил не просто все возможные доказательства и полностью убедился в том, что Яна лжет мне, но истинные мотивы её поведения по-прежнему остались неясны. Подспудно я чувствовал, что Тара, вернувшаяся так не вовремя, имеет к происходящему какое-то отношение, но точно ничего не знал …

Как-то в среду, поздно вечером, после ужина, я ответил на телефонный звонок, пока Яна возилась на кухне. На том конце линии была её партнерша по бриджу – они играли вместе три раза в неделю.

-  Привет Кевин! Я звоню узнать как там Яна… Как она себя чувствует? Похоже, она совсем расклеилась в последнее время, что сказали доктора?

Вот это да! Это были новости, от которых я даже начал заикаться и тупить.

- Да… Это… А что, она не играла с тобой на этой неделе?

- Нет… В смысле да! Да-да, с прошлой недели. Со среды или пятницы, не помню.

Марта помолчала в трубку, потом добавила:

- Ну если ты не в курсе… Значит, это пустяки. Просто я знаю, что она ходила к врачу несколько раз… Я надеюсь все-таки ничего серьезного, или… Или все настолько плохо, что она не хочет рассказывать, а, Кевин???

- Марта, спасибо! Не беспокойся, она в порядке. Я поговорю с ней как следует, думаю, она вернется к вам снова. Не волнуйся по пустякам – я же знаю, что у тебя давление.

Я хоть как-то попытался успокоить Марту. В прошлом году у нее был инфаркт, и вообще все обошлось благополучно только каким-то чудом, но проблемы со здоровьем никуда не делись, так что за давлением ей надо было следить и… никаких стрессов
           Я повесил трубку, откинулся на диван. Когда Яна вернулась и плюхнулась рядом, мое лицо оставалось озабоченным. Я уставился в телевизор. Жена подобрала свое вышивание и продолжила работу, бормоча что-то себе под нос. Я думал над тем, как мне выбрать правильный тон для разговора, чтобы она не поняла, что у меня есть претензии и подозрения. Я отставил свой стакан, выключил ящик и повернулся к ней. Она продолжала бормотать что-то, не отрываясь от работы, не замечая повисшей вокруг тишины.

Она взглянула на меня и её руки замерли на полпути..

- Что такое? - Она оглянулась, чтобы убедиться что телевизор больше не работает.

- Дорогая, а когда ты была у доктора последний раз?

Её голова, её тело вышло из свободного, расслабленного состояния, она резко собралась.

- Я не помню… А что???

- А как же твой ежегодный осмотр?

Она нахмурилась и немного покраснела.

- Ну… Я себя сейчас отлично чувствую, так что и не записывалась… Ты же знаешь, как я отношусь к врачам?

- Несколько дней назад - ответила Яна , опустив свой взгляд в стакан.

Я не видел ожидаемой реакции. Ни чувства вины, сопровождающего ложь, ничего. Неужели Марта что-то перепутала или Яна настолько хорошо сумела спрятать свой обман? И это меня беспокоило.

- Ладно… А как твой бридж сегодня?

Я заметил промелькнувшее удивление на её лице.

- Да как обычно… Я и Марта продули два раза из трех, могли бы играть и лучше, - она сказала и потянула вышивку к себе ближе, чтобы скрыть лицо. И снова забормотала себе под нос, считая стежки, но я заметил промелькнувшую гримасу на её лице.

Я отвернулся и включил телевизор на некоторое время, давая понять, что все прошло гладко, и я ничего не заподозрил. Но все мои мысли крутились вокруг того, как изменилась Яна в последнее время. Она стала более изворотливой и хитрой. Что, неужели сессии контроля не помогают? Но она до сих пор не может освоиться с новым наконечником, я стал применять его регулярно. Но все-таки, жена поменялась, она так легко прячет свои провинности и даже не подает виду. .

Я обдумывал ситуацию, тупо уставившись в ящик. Наконец я потянулся за пультом и опять выключил его. На этот раз Яна сразу обратила внимание на тишину и подняла глаза от вышивки на меня.

- Звонила Марта.

Вот оно!!! Её лицо стало красным, губы задрожали и, тело сразу же выдало её. Да, такого эффекта я и ждал! Два верных слова – и уже попалась! Я продолжил:

- Она сказала, что ты не играла в последние дни. Она сказала что ты, должно быть, больна, потому что ходила к доктору… Ты правда больна???

Яна поняла, что попалась на лжи. Она опустила руки на колени – вышивка полетела из рук, Яна ссутулилась и голова склонилась вниз. Я был в полном удивлении – что же такое с Яной, что именно она, на самом деле, пытается скрыть этим обманом от меня и от своих друзей?

Глухим голосом, не поднимая взгляд, она ответила мне:

- Нет дорогой, я не была у доктора.

- Марта очень беспокоилась о тебе, я надеюсь, ты понимаешь, что в её состоянии, ей вообще нельзя никаких волнений и стрессов? Ты хочешь, чтобы твоя ложь отразилась и на твоих друзьях???

Слова были сказаны, чувство вины хлынуло из Яны наружу – она упала на диван и заплакала. Она плакала, уткнувшись прямо в свою вышивку.

-  Что, черт возьми, с тобой, Яна? Что или кто заставляет тебя обманывать всех – меня, твоих друзей??? Тебе лучше все рассказать сразу. Доверься мне. Тебе будет легче. Ты же не такая. Что-то с тобой происходит, кто-то заставляет тебя лгать. Обычно ты себя так не ведешь…

Она еще раз всхлипнула, вытащила ткань из-под своего лица и села более-менее прямо. Но вдруг резко изменила свою манеру поведения.

- Ничего не поменялось… Никто не заставляет меня что-либо делать. Я просто не хочу играть в бридж, но у меня нет никакой подходящей к случаю отговорки.

Она еще хлюпала носом, но приняла защитную позу. Со стороны это выглядело как попытка противостоять мне.

Я взглянул на жену, на то, как она сидит, разглядывая ковер и попробовал привести в порядок свои мысли. Явно, что она не собиралась так просто сдаться и рассказать мне все до конца. У меня не было иного выбора, кроме как начать сеанс дисциплины. Что ж… Я бросил пульт на стол, выпрямился, и сильно похлопал рукой по ноге. Я смотрел в сторону, но руки были готовы принять Яну. Она подошла нетвердой походкой, как непослушный ребенок, не желающий подчиниться, но, я твердо знал, совсем скоро чувство вины захватит её целиком и она попросит меня исправить её недостойное поведение.

Она села рядом очень прямо, как будто пытаясь защититься от самой себя. Подобные моменты вызывали во мне смешанные чувства – и благоговение и сильное разочарование одновременно.

-  Яна… Ты солгала и обманула меня. Ты солгала и обманула свою подругу Марту, а ей сейчас плохо. Ты заставила её волноваться за тебя, за твое здоровье, да и меня тоже, особенно после того, как я узнал, что ты несколько раз ходила к доктору. Это огромное разочарование для меня. И это сводит на нет все, что было достигнуто после твоего последнего наказания.

Слова возымели свой эффект, Яна снова рухнула на диван и зарыдала – до неё дошло, насколько же реально я возмущен её неправильным поведением. Она содрогалась в рыданиях.

-  Я знаю… Я знаю… Я виновата. Я заслуживаю воспитания .

После этой фразы слезы полились по её лицу. Я знал, что она очень-очень переживает за то, что её ложь заставила других людей беспокоиться о ней. Но в этот раз она слишком легко и просто попросила о наказании. Никакой долгой внутренней борьбы, никаких переживаний, и я подозревал, что она точно знает – это для нее сейчас необходимо, таким образом, она надеялась избавиться от чувства вины.

-  Да, тебя нужно воспитывать. Но я хотел бы, чтобы ты поговорила со мной, рассказала обо всем что произошло и что ты по этому поводу думаешь.

Яна собралась, села прямо и засопела. Она отрицательно помотала головой, и повторила, что ей необходимо наказание, но все это выглядело так, как будто плохой актер играет чужую роль. Для меня такое поведение стало шоком. Она как будто сражалась с кем-то и этим «кем-то» был я! Минуту назад она была виноватой маленькой девочкой, и вот – непокорный ребенок, готовый принять то, что приготовила судьба. Я снова посмотрел на Яну и потряс головой. Мне все это чертовски не нравилось, я хотел разобраться – что же происходит здесь на самом деле!

-  Хорошо. Марш в спальню! Приготовься. Сегодня наполнишь грелку больше чем на половину и шесть ложек мыла.

Меня заинтриговало то, как она воспримет мои указания. Но она лишь встала с моих колен и ушла, я взмахнул руками и откинулся назад.

Что же происходит с ней? Почему она так ведет себя? Никаких идей не было… Я направился к холодильнику за специальными глицериновыми суппозиториями. Далее я двинулся в комнату, где Яна заканчивала готовить себе клизму. Я же все никак не мог окончательно собраться с мыслями, перед тем, как начать наказание. С глубоким вздохом я опустился на кровать. Мое главное желание было сказать ей «Стоп» и отменить все – пусть она чувствует себя виноватой и живет чувством вины внутри. Но в таком случае, и я тоже не смогу ничего забыть, и буду периодически доставать и попрекать её этим эпизодом. Нет, я все-таки должен провести нормальный сеанс воспитания за её безобразное поведение.

Она подошла ко мне полностью обнаженная с грелкой в руках, я посмотрел и произнес только одно слово:

- Больше!

Она замерла на месте.

- Ты слышала меня. Больше воды. Если ты настаиваешь на том, чтобы расстраивать меня всю неделю… Я вынужден увеличить объем.

Гримаса боли выступила на её лице, я не отводил взгляд от её грустных глаз. Вот теперь она снова была маленькой девочкой. Я искал в её глазах ответы на мои проклятые вопросы, но ответов не было...

- Полностью наполнишь грелку, слышала? Я сам решу сколько тебе положено за твое безобразное поведение!

Яна повернулась и ушла в ванную комнату. Я покачал головой – её поведение не давало мне покоя. Она вернулась и практически бросила грелку, чтобы я мог убедиться насколько та наполнена. Я инстинктивно отшатнулся от болтающейся в её руке грелки. Яна уставилась на меня с ненавистью.

- Черт побери, Яна! Ты прямо нарываешься на неприятности, да? Меня уже достало твое поведение… Повесь грелку на место и марш ко мне на колени! Я не понимаю что происходит, но мое терпение лопнуло окончательно, юная леди!

Жена покорно водрузила свою грелку на место и задумчиво посмотрела на неё, оценивая размер. Яна стояла спиной ко мне и за эти несколько мгновений, пока она прикидывала перспективы получения всего возможного объема…, я уловил реакцию её тела. Конечно, я не собирался вливать в неё все полностью, но вот большую часть она сегодня точно получит. Я заметил слезы, навернувшиеся у неё на глазах, когда она повернулась. Какая-то сила внутри неё придавала ей стойкость, но в итоге Яна сломалась. Черт, как будто она была под воздействием наркотиков или сильных лекарств.

Она покорно заняла положенную позицию и я начал процесс. Сначала я ввел несколько тех суппозиториев из холодильника – пусть удерживает, их пока ментол делает свое дело. Потом я аккуратно ввел стеклянный градусник. Её анус начало припекать. Можно было начинать порку, и я уже было поднял руку, но в последний момент передумал – мне в голову пришла мысль о том, что этот сеанс наказания должен запомниться как следует

- Яна! Я хочу чтобы ты сама попросила о порке за свое поведение, за обман и намеренную ложь.

Яна пыталась удержать суппозитории и хоть как-то уменьшить жжение в своей дырочке. Необходимость вслух попросить о наказании давалось ей не просто. Противным голосом, которого я не слышал никогда прежде, она проорала:

- Давай же, черт, отлупи меня за мое поведение!

И опять я был шокирован её столь необычным поведением, что чуть было не поднял её и не поставил перед собой, чтобы сообщить, что сеанс дисциплины отменяется, а вместо него будет наказание. Но, мы уже начали… И я должен быть тверд. На удивление, жена принимала удары спокойно, только стоны и вскрики – я видел, что чувство вины не затронуло её внутри. Правда, это продолжалось только до того момента, когда я взял в руки щетку, и вот тут Яна заплакала. Я постарался, чтобы глубина моего разочарования полностью дошла до задницы Яны, в итоге половинки приобрели глубоко бордовый цвет.

Я обильно смазал её сфинктер ментолом, дав почувствовать что сегодня на количестве смазки я не экономлю. Избыток смазки вылез из-под основания наконечника, когда тот полностью занял свое место. Я открыл краник и клизмование началось. Она тихо всхлипывала, стараясь держаться, но когда пошла четвертая кварта клизмы, да еще усиленная действием суппозиториев, вот тут она прочувствовала полный дисциплинарный эффект. Она кричала и плакала, извивалась, пытаясь занять более удобную позу, пока её животик принимал внутрь все больше и больше. Я следил внимательно, чтобы не превысить её пределы и не влить слишком много жидкости, но я должен был донести до неё, насколько вызывающе плохо она вела себя и до сеанса дисциплины и, даже, после его начала.

Я остановил поток после четырех кварт, Яна потерянно стонала и мычала, постоянно всхлипывая. Я подвинул её, давая понять что надо подниматься, но она умоляла меня не трогать её. Молча я подтолкнул бедра, заставив её подняться. И тогда я, наконец, заметил на её лице признаки раскаяния за содеянное. Её глаза и залитое слезами лицо не выдавали весь размер её проступка, который сейчас она отчаянно удерживала внутри. Она взяла в руки грелку и направилась в угол, где и осталась, что-то шепча. Она знала, что ей предстоит удерживать жидкость внутри, а все мольбы и жалобы сейчас могли только увеличить длительность удержания. Я пристально наблюдал за тем, как она справляется, прибрался в комнате, а затем ушел на кухню выпить воды.
Я выпил стакан воды и смотрел на часы, отмечая время. Прошло двадцать минут. Я решил подождать еще пять минут и потом вернулся в комнату к Яне. Она, как положено, стояла в углу и непрерывно шептала что раскаивается и больше не будет, как будто тянула грустную песню. С трудом она наклонилась вперед, застонав. Яна выглядела беременной на позднем сроке. Я слышал, как вода переливается внутри неё. Я решительно вытянул наконечник из её попки, она закричала и немедленно понеслась в ванную комнату, но я заметил, как предательская струйка потекла по её ногам вниз.

Вместо того чтобы выйти ко мне попозже, Яна сразу отправилась в постель. Когда я тоже оказался там, она повернулась и в моих объятиях простонала о том, как она сожалеет о случившемся. Я уже простил её и надеялся что она все-таки поговорит со мной.

Следующим утром, пока Яна была на пробежке, я позвонил на работу. Вернувшись, она очень удивилась тому, что я еще не оделся в рабочую одежду. Я сказал ей, что сегодня взял отгул. Пока же Яна принимала душ, я набрал доктора Хэтча и записал Яну на прием, прямо на сегодня. Я очень давно знаю доктора Хэтча, еще до нашей свадьбы Яна ходила к нему. Мы сразу стали друзьями и регулярно играем с ним в гольф.

Наш разговор выглядел приблизительно так:

- Привет Майк. Да, это Кевин. Нет, в эти выходные не играем, может в следующие что-нибудь и получится. Да, я звоню по поводу Яны. Ты не помнишь, когда она была на осмотре последний раз? Да… Правда? Так давно! Нет, больше не надо ни к кому записывать сразу. Сначала посмотришь ты. Сегодня сможешь? Я беспокоюсь… Что? Ну…Частая смена настроения, необычное поведение, ложь, обман. Не понимаю что с ней. Полный осмотр. Посмотришь? Да, хорошо. Сегодня. Увидимся.

Я повесил трубку и заметил Яну – она стояла сзади.

- Кто это был?

- Это Майк… Я записал тебя на 4:30 сегодня.

И сразу же зазвонил телефон:

- Алло! Алло!

Я знал, что на другом конце линии кто-то есть, но он упорно молчал

- Привет, - низкий голос наконец отозвался и я сразу же понял кто это.

- Привет, Тара. Да, извини… Слышал про твои дела – печально это… Да, Яна рядом, даю трубку.

Я вышел из комнаты, но остался прямо за углом, прислушиваясь. Яна несколько раз сказала «да» и дала отбой.

- Она собирается приехать сегодня?

- Нет. Но она может приехать на выходных, чтобы застать тебя, - я глупо улыбнулся. Так. Тара хочет увидеть меня. Ну и дела…

Я заставил жену позвонить Марте и извиниться. Яна расплакалась во время разговора, она была вынуждена признаться, что с ней все в порядке, а насчет врача она соврала. Я не уверен как все это, в итоге, восприняла Марта, но Яна была в полном раздрае в конце этого тяжелого разговора.

Яна была не в восторге от перспективы приема у доктора Хэтча, но я настоял, и вскоре мы оба оказались в смотровом кабинете. Она – в тонкой одноразовой больничной робе, а я с журналом. Майк вошел и извинился за ожидание. Он взял Яну за руку и поцеловал ее.

Майк произнес дежурный комплимент, Яна посмотрела на него и улыбнулась. Он мельком пробежал опросный лист с ответами Яны, кое-что уточнил. Затем он приступил к полному осмотру, продолжая задавать вопросы.

- Яна, ты до сих пор получаешь сеансы контроля? - спросил он, заглядывая ей в ухо.

- Да. Раз в неделю, - ответила она и повернулась, чтобы он мог осмотреть и другое.

- Сколько ты можешь принять?

- Половину грелки, - она ответила и Майк взглянул на меня.

- Три кварты за сеанс, при наказании – больше.

- Ага… Ух, - Майк ощупывал шею Яны, заставив её сглотнуть.

- Как с сексом? Проблемы? Дискомфорт? Боль?

Она отрицательно покачала головой, но я заметил кое-что. Её поза изменилась – она защищалась, свела ноги и положила руки на колени. Я не был уверен из-за чего – из-за приближающегося гинекологического осмотра или чего-то другого.

Майк осмотрел её грудь и спросил:

- Еще раз, сколько тебе лет? - Яна ответила что 36 и он еще раз посмотрел в её карту.

- Так… Мать и сестра, у них был рак груди, да?

Она утвердительно кивнула и посмотрела на него с заметным страхом.

- Хорошо, я запишу тебя на маммографию, у нас будет точка отсчета. Нет, беспокоиться пока не о чем. Я ничего не нашел, но с твоими данными надо быть точно уверенным.

Он продолжил осмотр. Потом он сказал ей лечь на спину, раздвинуть ноги и поместить их в упоры. Яна выполнила все, её дыхание участилось. Я подошел, чтобы помочь ей и стоял рядом. Я видел, что её зад находится слишком далеко, но не сказал ни слова.

Майк разложил все свои инструменты. Надевая перчатки, он попросил Яну подвинуться ближе. Яна тихо прошипела, придвигаясь ближе и ниже на смотровом ложе.

- Еще ближе, милочка. Твой зад должен свисать со стола, - он смотрел как её зад наконец достиг нужного положения, а я взял Яну за руки.

Майк развел её ноги, попросив расслабится. Он обильно смазал свой палец и приступил к осмотру, объясняя свои действия. Она лежала тихо, сжимая мои руки, пока доктор осматривал её внутри и снаружи.

- Кевин, на её ягодицах видны свежие следы хорошей порки... Я должен предупредить тебя... Так, когда ты воспитывал её последний раз?

- Вчера вечером. Перед этим – две недели назад и… до этого давно, месяцев десять, наверное.

Он лишь согласно кивнул, давая знать, что все понял, но сейчас надо вести себя тихо… Он сказал Яне, что сейчас будет исследовать её задний проход, и немедленно ввел туда палец до упора. Яна вся съёжилась от дискомфорта. Эта часть осмотра продлилась достаточно долго.

- А вообще нет проблем со стулом?

Она так интенсивно отрицательно покачала головой, наверное потому что Майк был еще внутри. Наконец, он извлек палец и стянул перчатки. Кивнул мне, чтобы я помог Яне выбраться.

- Мне надо только взять кровь и можешь одеваться, - после он подошел и взял кровь из её левой руки: - Все, можешь подождать снаружи, в моем кабинете.

- Итак, ты нашел что-нибудь, Майк?

Он покачал головой: - Ни-че-го. Все в порядке… Посмотрим что покажут анализы крови. Но, скажи мне, в чем дело, в чем реальная проблема?

- Я не знаю… Дело в… Дело в том, что она никак не реагирует на сеансы наказания. Всегда я просто читал её как открытую книгу – ничего тайного. А сейчас я не могу толком понять, что она чувствует, что она произносит вслух – это правда?

- Да. Что же… Посмотрим… Это может быть возрастное… немного полегче с ней… она вернется в норму.

Мы покинули больницу, мне не открылось никакого нового ответа на мои вопросы. Долгое время ехали в тишине.

- Может сегодня поедим где-нибудь?

- Хорошо, где ты хочешь поесть?

Мы остановились в итоге в маленьком мексиканском заведении и поели. Я спросил:

- Ты как себя чувствуешь? Лучше, когда все уже позади?

Она пожала плечами и сказала мне, что в порядке, и нечего было так спешить к доктору Хэтчу. Большая часть обеда также прошла в тишине. Вечером дома я попробовал было сподвигнуть её на секс, но она сообщила, что абсолютно не в настроении. Я отстал, раздумывая над тем, что все же происходит с Яной.

Я знал, что либо я ловлю её в самой последней, нижней точке, либо скоро я вынужден ослабить контроль. Без понятия, как бы мне все это провернуть, но есть одна неплохая мысль… Как раз для такого случая у меня остались еще пара-тройка отгулов на работе и я собирался ими скоро воспользоваться.


 

 

Необходимые пояснения: 1 кварта = 1.14 литра (по английской системе) или 0.95л (по американской). 1 дюйм = 25.4 мм.

Перевод: enemate , март 2015г.