МАРИНА

 

Начало описываемых мною событий относится к середине семидесятых годов прошлого столетия. Моя семья проживала в ту пору в Ташкенте, а, надо вам сказать, Ташкент в советские времена был уникальной колониальной столицей – поразительная атмосфера белых господ рождала стремление к аристократизму в самом перфекционированном его варианте. Об этом много можно говорить, но данная моя повесть о другом.  

К началу моего повествования было мне почти пять лет. Родители мои работали за границей, а я жила с няней - старой девой, очень строгой, но очень ответственной женщиной. Своей семьи и детей она не имела, и поэтому не знала, как воспитывать ребенка, считая своевременное кормление, чистоплотность и надлежащее время, отведенное для прогулок вполне достаточными. К чести ее должна отметить, что прогулки с ней были посвящены исключительно мне – мы ходили в парки, кукольный театр, цирк, посещали детские сеансы в кино и спектакли ТЮЗА. Но в остальное время я была абсолютно одинока, не имея ни друзей-ровесников, т.к. не посещала детсад, а к нам няня детей не пускала из-за своей маниакальной чистоплотности, ни взрослых товарищей, которым я могла бы поведать свои детские страхи, сомнения, попросить совета. Все это привело к тому, что очень рано я научилась развлекать себя сама, и более того, я стала тяготиться обществом ровесников, т.к. они стали казаться мне скучными и примитивными. Я очень много читала и мои игры в куклы носили характер вариаций на тему прочитанного, ибо меня никогда не устраивал оригинальный сюжет, ввиду чего у моих кукол никогда не было имен, как это принято у девочек моего возраста, они носили имена героинь тех романов, а я уже в ту пору читала крупные литературные формы, которые потрясли мое детское воображение. Когда же я начинала жить новыми переживаниями, мои верные комедианты меняли имена, обличия и снова были готовы радовать меня, разыгрывая передо мной мною срежиссированные спектакли. Уже тогда я поняла всю глубину одиночества человека в толпе людей, но научилась также искусно прятать свои истинные желания и мысли не из страха перед осуждением, а, как говорил Остап Бендер, «Не трогайте, Шура, своими грязными руками хрустальную мечту моего детства». Этот стиль поведения стал с тех пор правилом всей моей жизни. Я легко схожусь с людьми, играя по их правилам, но остаюсь при этом очень одиноким и уязвимым человеком.

Так вот, в возрасте около пяти лет я попала в детскую больницу - у меня были обнаружены глисты. До сих пор не могу понять, как это могло произойти, ведь моя няня была помешана на чистоте, а в детских заведениях я не бывала, но факт остается фактом - я оказалась в больнице. Для меня это было просто катастрофой - чрезвычайно замкнутая, живущая в мире своих утонченных фантазий, я оказалась среди беспардонных, кажущихся мне садистами, врачей, среди капризных, постоянно пристающих ко мне со своими предложениями поиграть, но совершенно неинтересных мне детей и, наконец, парализующий меня страх перед унизительными медпроцедурами, о которых я была наслышана уже с первых минут моего пребывания в больнице. В полуобморочном состоянии я скорее готова была принять смерть, чем подвергнуться публичному унижению, а я именно так рассматривала ожидающее меня и совершенно некому было меня утешить. Я была очень застенчивым, но очень гордым ребенком – никогда не капризничала, ни о чем никого не просила, даже маму с папой, для меня всегда было важно, чтобы любящие меня люди поняли, чего я хочу и исполнили мое желание, а выпрошенное мне никакого удовольствия не доставляло никогда.

Приготовившись к самому худшему, я все же заметила у нас в отделении двух прелестных медсестер – Ларису и Марину. Было им лет по 19-20, не более. Стройные, длинноногие, в коротеньких кокетливых халатиках, они напоминали мне мою маму, молодую, красивую и очень добрую. Если вы не знаете, объясню вам, что заражение глистами в ту пору лечили следующим образом: в течение двух недель ребенку давали пить сильнодействующие препараты, убивающие гельминтов, а с целью детоксикации давали солевое слабительное и ставили бесчисленное количество клизм - и перед приемом лекарства в качестве подготовки, и после приема для удаления из организма мертвых и парализованных паразитов - в общем, с моей точки зрения – конец света. Запуганная, бледная, ждала я своей неизбежной участи, когда ко мне подошла Марина и сказала: «Девочка, неужели ты меня боишься ?». В ее голосе было так много участия, ласки, что я не выдержала и расплакалась, уткнувшись головой ей в низ живота (я ведь была совсем маленькой) и прошептала, что боюсь не ее, а того, что она со мной будет делать.

- Ты боишься клизмы ? - спросила Марина , я в ответ только кивнула головой , так стыдно мне было обсуждать такие вопросы с такой ослепительной красавицей , какой она мне тогда показалась.
          -  Тебе часто ставят клизму ? - снова спросила она.
          - Никогда! - был мой ответ.
          - Но тогда чего же ты боишься ?
          - Унижения – ответила я, покраснев до корней волос.

- Ах вот оно что, - удивленно протянула Марина, - ты удивительная девочка , я такую встречаю впервые. Знаешь, что мы с тобой сделаем: ты придешь ко мне в процедурную после всех и мы вместе все обсудим, хорошо?

Ну могла ли я отказаться от такого проявленного к моей тайной и постыдной проблеме внимания? Конечно же я приняла это предложение с благодарностью, но все же я чувствовала себя очень подавленной. Время тянулось медленно, но все же настал час, когда Марина вошла в палату, и взяв меня за руку, повела в процедурную. У меня подгибались колени еще по дороге по коридору, но когда мы вошли в клизменную, а именно так и назывался кабинет, в котором царствовала моя королева, я вообще остолбенела. Светлая, просторная комната, вся в белоснежном кафеле, стеклянные шкафчики и столики - все это могло бы мне очень понравиться, если бы не их содержимое – мой Бог! , чудовищных размеров, на мой тогдашний взгляд, разнообразные клизмы, трубки, наконечники и большая банка вазелина , этот запах теперь вызывает у меня мгновенное возбуждение. Видя мою реакцию, Марина нежно обняла меня за плечи и усадила на кушетку.

- Девочка моя, - сказала она ласково, – я должна сказать тебе, что то, чего ты так боишься, на самом деле совсем не страшно, скажу тебе больше, это очень приятно и всем нам, девушкам, регулярно ставят клизмы и мы охотно подставляем попочки. Ты мне веришь ?

Я потеряла дар речи , до такой степени сказанное Мариной казалось мне невозможным, но то, что она сказала мне - мы, девушки, т.е. я и она на равных, потрясло меня еще сильнее, ведь до сих пор я привыкла слышать в свой адрес «уйди, не путайся под ногами» , «маленькие молчат , когда говорят старшие», и т.п. и вдруг взрослая, красивая девушка, почти женщина, говорит со мной так доверительно. Сама себе не веря, я пробормотала:

–  Пожалуйста, не надо, не делайте со мной этого.

Марина сказала:

–  Хочешь посмотреть как Лариса поставит мне клизму, но при условии, что потом мы сделаем тебе несколько клизмочек?

Такое невероятное предложение совсем сбило меня с толку.

-  Я же говорила тебе  - продолжила девушка,  - что нам всем ставят клизмы, это полезно для кожи да и вообще девушки должны держать свои попки в чистоте, но для чего, ты узнаешь позже и не от меня. Сегодня день, когда мне надо , чтобы и мне поставили клизму и знаешь, я с радостью и нетерпением жду этого. Надеюсь, глядя на меня и ты научишься получать удовольствие от клизмы..

В этот момент в клизменную вошла Лариса , и, увидев меня , строго спросила:

-   А ты почему не разделась и не приготовила попку ?.

-   Не надо с ней так строго, ты же видишь, девочка близка к обмороку, мы с Олечкой договорились, что посмотрев, как ты мне поставишь клизму, она безропотно перенесет все, что ей предназначено и впредб не будет из этого делать трагедию.

-   Зачем ты ее так балуешь, что за глупости? - недовольно спросила Лариса , но Марина одним взглядом переменила ее настроение и Лариса уже весело сказала:

-    Ну давай , снимай трусики и спросила еще, был ли у Марины запор в последние дни..

Девушки посоветовались и решили, что так как у Марины действительно был запор в течение последних трех дней, то сначала Лариса сделает ей маленькую клизмочку с английской солью и Мариночка потерпит минут 30, а уже потом Лариса поставит ей большую мыльную клизму. У меня от этих слов пылало уже не только лицо, но и шея и уши, но девушки так легко и весело говорили об этом, как будто обсуждали покупку нового платья. Между тем Лариса вышла в соседнюю маленькую комнатку готовить все необходимое для первой клизмы, а Марина начала снимать колготки и трусики. Ничего особенного в ее колготках не было – обычные рижские, но они обтягивали пару таких стройных ножек, что поискать! Снимая белье, Марина оставалась в халатике и я только знала, что у нее голенькая попка, но еще не видела ее.

Раздевшись, девушка, обращаясь ко мне, начала комментировать свои действия:

-   Когда тебе собираются поставить клизму, Олечка, необходимо снять трусики, пижамные штанишки и лечь на кушетку на левый бок с подтянутыми к животику коленками, вот смотри.

С этими словами Марина приподняла халатик до талии и я увидела ее плоский живот, тонкую талию, гладко выбритый лобок, но что абсолютно поразило меня своим совершенством, так это крупная, белорозовая совсем уже женская попа. Вошедшая Лариса с непритворным страхом воскликнула:

-   Да у твоей малявки при виде голой попки глаза из орбит сейчас вылезут!

Тут только я увидела в руках Ларисы яркооранжевый с блестящим черным наконечником грушевидный баллончик, ставший впоследствии для меня символом эротизма, на руках у нее были надеты резиновые перчатки. Поставив баллончик на столик рядом с кушеткой, девушка открыла большую блестящую банку с вазелином и зачерпнула из нее блестящим шпателем доволбно много смазки.

-   Успех хорошей клизмы, - сказала она – в идеальном расслаблении, для этого я сейчас сделаю Маринкиной попке массаж .

С этими словами она начала священнодействовать. Сначала она раскрыла моему и своему взору розеточку ануса девушки разведя в стороны половинки восхитительной попы, - она была яркорозовой, как будто возбужденной и слегка приоткрытой, теперь-то я догадываюсь почему, но тогда я только восхищалась и возбуждалась, хотя очень трудно поверить в способность пятилетнего ребенка сексуально возбудиться, но уверяю вас, самые яркие сексуальные впечатления, определившие всю мою дальнейшую жизнь были мною испытаны именно тогда. Лариса начала как бы втирать вазелин в дырочку, постоянно продвигая указательный палец внутрь отверстия и я с удивлением увидела, что Марина замерла, наслаждаясь и чуть-чуть постанывая.

-   По-моему ты готова - сказала Лариса .

-   Пожалуйста, еще чуть-чуть, мне так хорошо!

Лаская попу девушки одной рукой, другой Лариса взяла со столика баллончик и стала медленно вынимать палец из дырочки, после массажа она блестела от обильной смазки, расправились мелкие лучики морщинок, окружавших отверстие вначале, она еще больше раскрылась и даже слегка выпятилась кнаружи - это было потрясающее зрелище и к тому же очень эстетичное.

-   Напрасно ты боишься клизмы, я сама делала тебе уколы и знаю как стоически ты их переносишь, а ведь укол – это травма, а клизма вводится в физиологическое отверстие, т.е. дырочка уже существует в теле человека, ее не надо прокалывать и это совсем не больно, - объясняла мне Лариса.

- Не только не больно , но и очень приятно, - добавила Марина.

- Ну это кому как , впрочем, о вкусах не спорят, - был ответ Ларисы.

Приставив наконечник баллончика к открытой, блестящей дырочке, Лариса могла бы очень легко и быстро ввести его на всю длину, но девушка делала это медленно, доставляя явное удовольствие подруге. Затем очень медленно сжимая баллончик, девушка ввела концентрированный раствор английской соли внутрь прямой кишки и, сжимая ягодицы, также очень медленно вынула баллончик. К моему величайшему разочарованию, Марина после этого повернулась на спину и я не могла уже наслаждаться столь понравившимся мне зрелищем. Первые десять минут девушки весело болтали, но вскоре Марина начала проситься в туалет, но Лариса объяснила ей, что этот метод действенен только при соблюдении правил, а они гласят - не раньше 30 мин.

 -  Для тебя это новый опыт, а я, ты знаешь, прежде работала в неотложке на Жуковского, так вот там меня научили методу профессора Ольги Николаевны Павловой – даже при динамической непроходимости толстого кишечника вместо сифонной клизмы, используемой в других больницах, делать небольшую клизмочку с концентрированным раствором слабительного, а через 30 мин.- повторные большие теплые мыльные клизмы, и ни разу не было случая , чтобы это не помогло.

-  Но у меня же не так все запущено!

- Лежи, лежи, осталось-то всего-ничего.

Еле вытерпев положенное время, зажимая руками попу, Марина побежала в туалет, находившийся тут же, около препаратной. Вид девушки, зажимающей попу и ойкающей на каждом шагу, был так уморителен, что я с Ларисой за компанию весело рассмеялась. Жизнь уже не казалась мне такой мрачной, а об унизительности предстоящего мне я и не вспоминала. Пока Марина скрывалась за дверью, Лариса приготовила крепкий мыльный раствор в трехлитровом стеклянном баллоне и добавила туда три столовые ложки чайной соды. Тщательно все перемешав, девушка распределила состав в две большие кружки Эсмарха и повесила их на стойку. Марина вышла из туалета в опущенном халатике и, подойдя к кушетке, опять поразила меня, подняв его до талии и укладываясь на этот раз на правый бок.

-  Большую очистительную клизму, Олечка, девушки принимают на правом боку, это связано с анатомическими особенностями толстого кишечника, -сказала она.

Когда Лариса раздвинула ягодицы, я увидела, что анус Марины выглядел совсем по-дугому, чем в первый раз – он был ярко-розовым и из него выступало что-то наподобие сложенных для поцелуя трубочкой губ, как будто попа просила новую клизму. Лариса снова стала смазывать задний проход, но Марина вскрикнула:

–  Ой , пусти-пусти скорей , мне опять надо в туалет!

-  Ну уж нет, в этом весь смысл - клизма со слабительным завела перестальтику и теперь время для мыльной клизмы, которую ты подержишь 15 мин и не минутой меньше - ты меня знаешь.

-  Но я уже хочу-у!

- Потерпишь, будешь знать, как детишек мучить, - смеясь сказала Лариса.

Говоря это, она ввела палец в задний проход и повращала его несколько раз, это успокоило Марину. Затем был вставлен наконечник и Лариса во время клизмы придерживала его рукой, т.к. Маринина попа все время норовила его вытолкнуть из себя. Девушка глубоко задышала и Лариса сказала:

- Вот и молодец, так дело пойдет лучше, и ты, малявочка, запомни, когда уже кажется, что лопнет животик от клизмы - дыши глубоко и все пройдет.

Марина начала беспокойно ерзать ногами по кушетке и сгибать-разгибать напедикюренные пальчики на ногах, было видно, что она на пределе своих возможностей. Эти перемены в поведении своей пациентки заметила и Лариса:

– Успокойся, дорогая, еще первая клизма не вышла, а ведь я введу тебе в попку и вторую клизму, поверь мне, это еще не предел. С твоей попой ты и четыре литра у меня будешь потом получать.

-  Ну пусть это будет потом, а сейчас пусти меня.

-  Нет, ты сможешь, лучше дыши поглубже, чем спорить.

Делая глубокие вздохи, Марина начала подвывать.

- Меня ты этим не разжалобишь, и не надейся.

Как ни странно это может вам показаться, но я не жалела такую добрую ко мне и красивую Марину, а, напротив, страстно желала, чтобы Лариса не прекращала экзекуцию. Когда вся вода из первой кружки вошла в Марину, Лариса медленно вытянула наконечник из сразу сморщившегося ануса, старающегося удержать в себе мыльно-содовую жижу, перевернула ее на спинку и начала массировать животик, девушка затихла, и в этот момент, коварная подруга повернула ее на бочок и вставила вторую клизму.

- Ой-ой, не могу-у!

- Хорошо, подождем чуть-чуть.

С этими словами Лариса перекрыла поступление жидкости в кишечник и вынула наконечник. Но как только спазм прошел, наконечник снова вошел в попу, половинки которой уже не надо было раздвигать, они уже все время оставались раскрытыми, предоставляя нашему с Ларисой взгляду припухшую дырочку, в которую то вставляли, то вынимали наконечник. За всю свою жизнь я не видела ничего сексуальнее. Животик Марины раздулся как шарик, она уже не постанывала, а взвизгивала, но ей пришлось пройти все до конца и подержать клизму в себе целых 15 мин.

Но когда все закончилось, она сияла от удовольствия и заверила подругу, что лучшего очищения у нее еще не было. Подожди благодарить, попозже я еще сделаю тебе клизму через кишечную трубку, чтобы вымыть мыльный раствор.

-  Моя попка в твоем распоряжении, – смеясь сказала Марина.

Надо ли говорить, что в руках доброй Марины я с удовольствием получала клизмы все это время. И между нами не было ни одного лишнего прикосновения или слова, но до сих пор в объятиях мужчины, когда мы близимся к финалу, я вспоминаю прелестную Марину и сразу же испытываю сильнейший оргазм.


* * *


Несмотря на свой весьма нежный возраст, я сильно возбудилась от увиденного и вообще от осознания сопричастности тайне между мной и такой взрослой и красивой девушкой. Но то, чего хотела достичь Марина, устроив эту наглядную агитацию, достигнуто не было - я еще больше боялась предстоящего, т.к. была свидетелем того, как даже сама медсестра болезненно переносила клизмы. К тому же было по-прежнему стыдно, но это, как ни странно, рождало внутри меня какую-то щекотку, которая была совсем не неприятна мне. Словом, смятение мое нарастало, но, уважая усилия Марины, я держалась мужественно и, когда она велела мне подготовиться, я покорно сняла пижамные штанишки и трусики и легла на кушетку так, как учила девушка. Не только мои щеки, мой мозг пылал от страха, стыда и желания одновременно.

Марина подошла в перчатках и с баночкой вазелина.

- Секрет хорошей клизмы в идеальном расслаблении попы, - сказала она мне, - поэтому я помогу тебе, при условии, что ты не будешь зажиматься.

Я не видела Марину, потому что лежала спиной к ней, но я чувствовала ее взгляд, направленный на мою беззащитную попу и краснела еще ярче.

- Не бойся меня, я знаю все, что ты ощущаешь и буду очень внимательна к тебе, но у тебя совсем тугая дырочка, я никогда не встречала такую!

С этими словами Марина перешла от массажа анальной области к попытке ввести густо смазанный вазелином палец в мою попку, и ей это удалось. К моему удивлению, это было не только не больно, но очень приятно и стыдно одновременно. Вводила палец Марина очень осторожно, но введя его достаточно глубоко, она стала вращать его внутри, а свободной рукой поглаживать по попе, то сжимая ягодицы, то раскрывая их. Когда она сжимала половинки моей попы, она выводила палец почти до конца, а когда раздвигала их, палец погружался в меня. Это были божественные ощущения! Дыхание мое стало прерывистым и Марина сказала :

- Наш человек!

Подготовив мою попу, она сказала мне, чтобы я лежала спокойно, потому что сейчас наступает самое главное - она поставит мне первую в моей жизни клизму. Я по-прежнему очень волновалась, но ошущения в попе были восхитительны и я хотела еще. Марина сделала мне первую клизму при помощи груши ярко-оранжевого цвета с блестящим черным наконечником. Наконечник был не такой, как делают теперь - трубкообразные, а с каплевидным утолщением на конце, что делало введение его в попу очень ярким по ощущениям. Мне было так хорошо, когда наконечник медленно раздвигая мою дырочку проникал все глубже и глубже. Это не прошло незамеченным девушкой, она явно наслаждалась вместе со мной. Когда весь наконечник был внутри меня, в дырочку уперся теплый шарик груши и я почувствовала, как в меня вливается теплая водичка. Сначала это было очень приятно, но очень скоро я поняла, что я не могу больше терпеть и, превозмогая стыд, прошептала:

- Я хочу в туалет, пожалуйста!

Но Марина продолжала сжимать грушу, успокаивая меня:

- Это очень хорошо, ведь клизма и ставится для того, чтобы захотелось в туалет.

- Всё, пожалуйста, не надо больше, я не могу! - стонала я, но Марина лишь поглаживала меня по попке и сжимала клизму. Когда все закончилось, она сжала половинки попы (или полупопия, как она это называла) и начала медленно вынимать наконечник.Это оказалось еще приятней, чем вставлять его в попу. Несмотря на то, что мне ужасно хотелось в туалет, я наслаждалась.

После клизмы Марина сразу же отпустила меня, а сама принялась готовить серию клизм для меня. Она повесила на штатив около кушетки большую кружку Эсмарха, полную теплой мыльной воды, и я, вернувшись, думала, что значит со мной уже все. Но не тут-то было. Марина велела мне снова лечь на кушетку, но на этот раз на правый бок, и подложила мне под ягодицы клеенчатую подушечку, наподобие тех, что подкладывают под локоть во время внутривенных вливаний, но побольше. Попка моя после клизмы была хорошо расслаблена и очень чувствительна, но девушка еще добавила вазелина, нанеся его пальцем прямо в полураскрытую дырочку. Затем я ощутила, как мне в попу вползает толстая змея - это была кишечная трубка. Введение наконечника было для меня гораздо богаче ощущениями, но зато через трубку Марина делала мне, пятилетнему ребенку, почти литровую клизму из теплого мыльного раствора уже с первой попытки. Конечно, без моих просьб прекратить клизму, стонов и даже слез не обошлось, но ей удалось раздуть мой тощий животик до размеров арбузика. И это еще было не окончанием пытки - я еще удерживала клизму 10 долгих минут, суча ножками и подвывая. Уже не думала я о стыде, а вся была во власти непереносимых ощущений, но именно тогда я узнала наивысший кайф на грани боли от тугого наполнения кишечника .

Меня снова ждала клизма, но на этот раз из раствора английской соли. Это оказалось самым трудным. Клизма с ярко выраженным слабительным эффектом, да еще и в таком объеме: на этот раз Марина влила в меня даже больше литра. Из дырочки торчал толстый наконечник и мучительница моя не вынимала его даже во время удерживания, а это целых 12 минут, должно было быть 15, но девушка пожалела меня, потому что из глаз моих текли крупные слезы, но в этом был и наивысший кайф. Мне было не больно, а непереносимо, и это состояние непереносимости приятным назвать нельзя, а скорее ошеломляющим и требующим разрешения, как оргазм. Слезы текли потому, что хотелось нестерпимо в туалет, и в то же время я и сама хотела продлить и как-то разрешить или закончить этот акт... понятие "процедура" не подходит, по-моему, когда говорим о клизме мы, клизмофилы.

Потом-то я знала, чем закончить это состояние наивысшего напряжения всех нервов и чувств и, скажите мне откровенно, ну можно ли сравнить ЭТО с обычным оргазмом, возникающим во время полового акта ? 


 Dina Rubinshtein. Октябрь 2011 - январь 2012г.